Лискинский районный суд вынес приговор водителю спецтехники после трагического случая на птицефабрики.
В птичнике горел синий свет — так куры ведут себя спокойнее и не дерутся при отлове. Бригады работали с раннего утра: ловили птицу, грузили в контейнеры, выгоняли погрузчики на улицу к фурам. Обычная смена. Таких было сотни. Но в это утро из поломанного ящика на погрузчике снова посыпались куры — прямо на пол птичника. Оператор в светоотражающем жилете вышла их подобрать. Присела на корточки посреди цеха. Она не слышала, как к ней приближается машина. А водитель не видел её — контейнер с птицей, стоявший спереди, полностью перекрывал ему обзор. По правилам в таких случаях нужно ехать задним ходом и только с сопровождающим. Но здесь так никогда не делали.
Погрузчик переехал женщину передними и задними левыми колёсами. Коллеги услышали крик. Прибежали. Она лежала на спине, была в сознании и говорила — просила помочь, говорила, что холодно и не чувствует ног. Кто-то спросил, зачем она вышла в середину цеха. «Не помню», — ответила она. И добавила тихо: «Долбанные куры». Водитель погрузчика стоял рядом. Сказал сам: «Это я её сбил».
Скорая довезла женщину до больницы в Лисках. Семь переломов костей таза, разрывы кишечника, травматический шок. Хирурги работали несколько часов. В 14:15 того же дня она умерла. Ей было за сорок. Армянка, мать троих детей. В посёлке Залужное она была единственной армянкой с тремя детьми — и когда старшая дочь услышала по телефону о несчастном случае на «Лиско Бройлере», она сразу поняла: это мама. Позвонила в приёмный покой. Через час перезвонили сами — сообщили, что та скончалась. Младший ребёнок перешёл под опеку старшей сестры.
Следственный эксперимент
В марте 2025 года следователи вернулись в тот же птичник. Поставили статиста перед погрузчиком с загруженным контейнером и попросили водителя посмотреть вперёд из кабины. Человека не было видно вообще. Только верхушка ворот. Тогда статиста усадили на корточки в 6,7 метра от задней части погрузчика — там, где в октябре лежала погибшая — и попросили водителя включить заднюю передачу. При движении задним ходом автоматически срабатывает звуковой сигнал, загораются фонари. И — главное — из заднего стекла силуэт человека был виден отчётливо. Сначала смутно, потом всё чётче по мере приближения.
Эксперимент зафиксировал простую истину: поехав назад — водитель увидел бы её. Поехав вперёд — нет.
Фабрика после трагедии
После гибели женщины на предприятии вдруг нашлись и новые ящики для кур, и камеры с экранами в кабинах погрузчиков, и конусы, обозначающие безопасную зону для операторов, и свистки, и дополнительные жилеты. Всё то, что могло предотвратить гибель, появилось уже после неё.
Бригадир по отлову птиц рассказала на процессе: «После случившегося работодатель выдал операторам новые ящики, свистки, дополнительные жилеты, установлены конусы». Другая работница добавила то, что, пожалуй, объясняет многое: «Технологи площадок ругались на них за то, что они не собирают курицу, из-за чего погрузчики её давят». За раздавленную птицу никто не штрафовал — но операторы были вынуждены выходить за пределы безопасной зоны, чтобы собирать кур. Иначе — скандал. А конусов, обозначающих эту самую зону, тогда вообще не было. «До всего случившегося данных конусов не было, они ориентировались на глаз», — сказала она.
Система работала так, что авария была лишь вопросом времени.
Водитель: я делал как учили
На допросах водитель не юлил и не отрицал очевидного. Рассказывал спокойно: загрузил контейнер, развернулся, поехал к выезду. Почувствовал, что погрузчик будто наткнулся на что-то. Вышел. Увидел женщину. Но при этом настаивал: двигаться передним ходом без сопровождающего его учили на самой фабрике. Начальник тракторной колонны это подтвердил прямо в суде: «В цехах, где происходит отлов птицы, погрузчики двигаются передним ходом — это установлено внутренним регламентом, поскольку двигаться задним ходом, поворачивая голову, водителю весь день очень дискомфортно». За движение задним ходом, по словам самого водителя, штрафовали или увольняли. С первого рабочего дня он делал именно так — как делали все вокруг.
Следователь спросил напрямую: если понимал, что нарушает технику безопасности, почему поехал? Ответ был коротким: «Согласно инструкции, я должен ездить передним ходом без сопровождающего. Так я ездил с первого дня».
Суд это противоречие — между внутренним регламентом фабрики и федеральными правилами охраны труда — разрешил однозначно. Водитель имел удостоверение пятого разряда, сдавал экзамены, проходил обучение. Обязан был знать: при закрытом обзоре спереди — только задний ход. Никакая внутренняя инструкция работодателя не отменяет закон.
Последние слова
Один из операторов, оказавшийся рядом сразу после наезда, рассказал суду то, что невозможно читать без содрогания. Женщина лежала на спине, была в сознании. «Мама, помогите», — повторяла она. Из-под неё сильно текла кровь. Другая коллега, подбежавшая к ней, спросила, зачем она вышла в середину цеха. «Не помню», — ответила та. Помолчала и добавила про кур.
Дочь простила. Суд — нет
Старшая дочь погибшей на процессе попросила прекратить дело. Говорила, что водитель приходил к ней с извинениями не раз. «Киселев много раз извинялся за случившееся, и она считает, что он искренне раскаивается, и приняла его извинения», — зафиксировано в приговоре. Выплатил 300 тысяч рублей. Добавила тихо: мама тоже не хотела бы его наказания.
Суд ходатайство отклонил. Мотивировка была жёсткой и точной: гибель человека — это такие последствия, которые никакие деньги и примирение не устраняют. У погибшей остался малолетний ребёнок. Дочь выступает лишь в процессуальной роли потерпевшей — её прощение не меняет того, что произошло.
Лискинский районный суд признал водителя виновным по части 2 статьи 109 УК РФ — причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей. Полтора года ограничения свободы. Без реального лишения свободы. Нельзя выезжать за пределы Лисок, нужно отмечаться раз в месяц. Суд отметил и вину самой погибшей — она нарушила правила, выйдя за безопасную зону. Но это не сняло ответственности с водителя: он был обученным специалистом и обязан был знать, что при закрытом обзоре ехать вперёд нельзя.
Первая судимость. Положительные характеристики. Тяжелобольные родители. Признание вины. Раскаяние. Триста тысяч рублей дочери. Полтора года ограничения свободы — за жизнь матери троих детей, которая вышла подобрать чужих кур.
Андрей Окуневский, фото: СКР
