Центральный районный суд Воронежа вынес приговор по делу врачей. Он опубликован на его сайте. Сотрудники городской поликлиники, инфекционной больницы и центра борьбы со СПИДом слаженно изготовили полный комплект документов о тяжёлом циррозе печени для человека, который никогда не болел, не обследовался и даже не переступал порог этих учреждений. Координировала всё председатель врачебной комиссии поликлиники. Разбираемся, как работала схема, кто на ней заработал, а кто — отказался.
Идея на 250 тысяч
Летом 2021 года горожанин и его приятель обсуждали жизнь, и приятель похвастался: его знакомый врач помогла оформить инвалидность по заболеванию, которого нет. Льготы, пенсия, ежемесячные выплаты — и никаких вопросов. Горожанин заинтересовался: а можно ли и ему так? Приятель прикинул: услуга стоит примерно 250 тысяч. Сумму он, по собственному признанию, назвал «наугад». Потом уточнил у своей знакомой — сотрудницы городской поликлиники — и получил конкретику: 220 тысяч. Себе за посредничество он решил взять 30 тысяч.
Воронежец согласился. Денег у семьи не было, и его жена пошла в Сбербанк и оформила потребительский кредит на 560 тысяч рублей. Из них 250 тысяч она отдала мужу — на покупку инвалидности.
В конце сентября 2021 года будущий «пациент» и посредник встретились в машине недалеко от военного госпиталя на улице Краснознамённой. Горожанин передал 250 тысяч наличными, а вместе с ними — копии паспорта, СНИЛСа и полиса ОМС. Больше от него не потребовалось ничего. Вообще ничего. Ни одного визита к врачу, ни одного анализа, ни одного дня в больничной палате.
Дирижёр в белом халате
Ключевой фигурой схемы стала сотрудница городской поликлиники, занимавшая руководящую должность и — что важно — являвшаяся председателем врачебной комиссии. Именно этот орган готовит и подписывает направление на медико-социальную экспертизу. Именно эта подпись открывает дорогу к инвалидности.
Получив от посредника 220 тысяч рублей и документы горожанина, она принялась за работу. Задача была масштабной: чтобы комиссия МСЭ заочно присвоила инвалидность, нужен был убедительный пакет документов — история болезни, результаты обследований, заключения узких специалистов, данные о стационарном лечении. И всё это по диагнозу «цирроз печени» — тяжёлому заболеванию, которого у горожанина не было и в помине.
Для этого председатель комиссии задействовала врачей сразу нескольких учреждений. И вот здесь начинается самое поучительное. Деньги разошлись по цепочке, и приговор позволяет восстановить её почти полностью. 30 000 рублей забрал себе посредник — за то, что свёл горожанина с нужным врачом. 220 000 рублей получила председатель врачебной комиссии поликлиники. Из этой суммы 140 000 рублей она передала через коллегу из поликлиники сотруднику медико-социальной экспертизы, который курировал одно из бюро МСЭ. Эти деньги предназначались для того, чтобы обеспечить «правильное» решение экспертизы — присвоение инвалидности. 20 000 рублей ушли врачу Воронежской областной клинической инфекционной больницы — за фиктивное оформление стационарного лечения. По документам горожанин лежал в инфекционке с диагнозом «цирроз печени». В реальности он туда не приходил ни разу. Около 20 000 рублей были розданы различным врачам узких специальностей — за изготовление фиктивных заключений и результатов исследований.
Оставшееся, судя по всему, осело у самой председателя комиссии.
Фабрика документов
То, как именно создавались фиктивные медицинские документы, суд восстановил по показаниям самих врачей. Картина получилась впечатляющей — и пугающей. Инфекционная больница. Центр профилактики и борьбы со СПИДом. Здесь работала врач-гепатолог, к которой председатель комиссии обращалась неоднократно. Схема была проста до абсурда: председатель присылала в мессенджер фотографию выписки из инфекционной больницы, а гепатолог на основании этой фотографии печатала справку-консультацию, в которой подтверждала диагноз «цирроз печени». Пациента она не видела, не осматривала, никаких исследований не проводила. За каждую такую справку получала 2 000 рублей переводом. Данные о визите пациента в базу центра не вносились — потому что никакого визита не было.
На допросе гепатолог пояснила, что «полагала, что пациент реальный, обследованный, и в действительности имеет заболевание». Справки она оформляла с 2020 по апрель 2023 года, после чего попросила председателя комиссии больше не обращаться — потому что «понимала, что оформление справок без фактического осмотра пациента незаконно».
В поликлинике в схему были вовлечены врачи, проводившие инструментальные исследования. Одна из сотрудниц рассказала суду, что заведующая отделением неоднократно просила подготовить результаты исследований без фактического осмотра пациентов, предоставляя паспортные данные и сведения, которые нужно внести в заключения. При этом, по её словам, она была уверена, что выполняет «законные просьбы руководства». Правда, когда следователь предъявил ей документы, выяснилось, что часть заключений датирована периодом её отпуска, а подписи на некоторых выполнены не ею.
Другой врач, проводившая ФГС-исследования, на допросе заявила, что заключение на имя горожанина выполнено не ею — и шаблон не её, и подпись чужая.
Как это сработало
К марту 2022 года весь пакет был собран. Врачебная комиссия поликлиники под председательством организатора схемы — в составе ещё трёх врачей — подготовила направление на медико-социальную экспертизу по форме №088/У и отправила его в бюро МСЭ. 24 марта 2022 года бюро заочно — то есть даже не видя пациента — присвоило горожанину вторую группу инвалидности сроком на один год по диагнозу «цирроз печени».
Данные автоматически попали в Федеральный реестр инвалидов, оттуда — в Пенсионный фонд. И система сработала как часы: без единого заявления со стороны «больного» ему назначили страховую пенсию по инвалидности и ежемесячную денежную выплату. На «Госуслуги» пришло уведомление. Деньги потекли на карту — примерно 10–12 тысяч рублей в месяц. Горожанин, напомним, заплатил 250 тысяч и рассчитывал на бессрочную инвалидность. Но получил только на год.
Год спустя: выплаты прекратились
В апреле 2023 года пенсия не пришла. «Пациент» позвонил посреднику, тот ответил: «технический сбой, устранят». На самом деле истёк годичный срок инвалидности, и нужно было проходить всё заново. И здесь начинается вторая часть истории — пожалуй, более драматичная, чем первая. Потому что на втором круге система начала сопротивляться.
Председатель комиссии снова взялась за дело. Врачи поликлиники в период с августа по сентябрь 2023 года опять изготовили фиктивные документы, и 11 октября 2023 года новое направление на МСЭ ушло в бюро.
Но на этот раз документы попали в другое бюро МСЭ — №4.
Те, кто сказал «нет»
Руководитель бюро №4 и её коллеги изучили документы — и усомнились. Комиссия обнаружила, что диагноз «цирроз печени» не подтверждается представленными данными. Класс С по шкале Чайлд-Пью был выставлен без биохимических показателей. Данные УЗИ были четырёхмесячной давности, а фиброэластометрия — вообще за 2021 год, хотя срок её действия составляет 12 месяцев. В объективных данных осмотра указан «ненапряжённый асцит», но на УЗИ жидкости было всего 105 кубических сантиметров — такой объём, как пояснила руководитель бюро, при пальпации не определяется, нужно минимум 300. Данные противоречили друг другу. Бюро отказало в установлении инвалидности.
Более того, у руководителя бюро возникли системные подозрения. Она заметила, что из одной и той же поликлиники поступает подозрительно много направлений с одним и тем же диагнозом — цирроз печени. Она собрала дела горожанина и ещё двух пациентов с аналогичными направлениями для детального изучения. А потом к ней в кабинет пришёл куратор бюро из экспертного состава МСЭ — тот самый сотрудник, которому ранее передавали 140 тысяч рублей. Он протянул лист бумаги с тремя фамилиями и сказал: этим людям необходимо установить инвалидность.
Руководитель бюро порвала записку и выбросила. Позже, той же весной, куратор попытался вручить ей деньги. Она быстро ушла в свой кабинет. По её инициативе экспертный состав №1 провёл контрольную проверку решения по одному из аналогичных дел.
Обходные пути: председатель комиссии не сдаётся
Получив отказ, председатель врачебной комиссии не остановилась. Наоборот — она развила бурную деятельность, перебирая один канал за другим. Первая попытка: она снова обратилась к куратору бюро из экспертного состава МСЭ с просьбой повторно присвоить инвалидность горожанину. Но тот, получив отпор от руководителя бюро, «не исполнил взятые на себя обязательства и ничем не помог». Вторая попытка: в апреле 2023 года она привлекла ещё одну сотрудницу поликлиники, которая должна была собрать документы, подготовить новое направление и «договориться с сотрудником МСЭ о положительном решении». Не получилось и у неё.
Третья попытка оказалась успешной. Председатель комиссии вспомнила, что её бывшая коллега из другого медучреждения находится в хороших отношениях с руководителем одного из бюро МСЭ. Она обратилась к ней, представив ситуацию так: пациенту «было отказано, хотя у него есть признаки инвалидности, и непонятно, почему».
Бывшая коллега согласилась помочь и связалась с руководителем бюро. Та подтвердила, что повторное освидетельствование возможно. За это председатель комиссии передала посреднице конверт с 60 тысячами рублей — уже из собственных средств. На допросе та призналась, что «поняла: денежные средства предполагаются к передаче в виде взятки за установление инвалидности». Параллельно председатель комиссии через цепочку посредников организовала ещё одну деталь: горожанину нужно было обратиться в приёмное отделение больницы скорой медицинской помощи, получить там справку, сфотографировать её и переслать. Зачем именно — посредник не знал, «фактически только передал слова».
В ноябре 2023 года — со второй попытки, через третий канал — горожанину снова присвоили вторую группу инвалидности. Опять заочно, опять на год, опять по циррозу печени, которого у него не было.
Выплаты возобновились.
Как поймали
Схему раскрыло УФСБ по Воронежской области. В ходе оперативно-розыскного мероприятия «наведение справок» были задокументированы обстоятельства противоправной деятельности председателя комиссии и её причастность к получению взятки в 250 тысяч рублей за подготовку фиктивных медицинских документов. Оперативники, в частности, получили и прослушали запись разговора между посредником и председателем комиссии, предположительно состоявшегося 20 октября 2023 года — в разгар повторного оформления инвалидности. Горожанин, и посредник написали явки с повинной. Расследование вело СУ СК России по Воронежской области.
Экспертное заключение расставило точки: на момент обоих освидетельствований у «пациента» не было оснований для присвоения инвалидности, а представленные медицинские документы содержали недостоверные сведения. Дополнительное обследование в Воронежском областном клиническом консультативно-диагностическом центре подтвердило: заболевания «цирроз печени» у него нет и не было. Обнаружены лишь незначительные проблемы с печенью, не дающие ограничений жизнедеятельности.
Как пояснили эксперты, главное отличие цирроза от других заболеваний печени — степень фиброза. Его отсутствие на сегодняшний день свидетельствует о том, что цирроза не было и ранее.
Приговор
Центральный районный суд Воронежа признал горожанина виновным по ч. 3 ст. 159.2 УК РФ — мошенничество при получении выплат в крупном размере. Это тяжкое преступление. За период с марта 2022 по ноябрь 2024 года «больной» получил из бюджета 287 009 рублей, из них 230 875 — страховая пенсия по инвалидности, 56 134 — ежемесячная денежная выплата.
Осуждённый полностью признал вину, раскаялся, возместил ущерб в полном объёме. Суд учёл отсутствие судимости, активное содействие расследованию, несовершеннолетнего ребёнка на иждивении, заболевания у матери и жены. Наказание — штраф 100 тысяч рублей в доход государства.
Александр Морозов, фото: pixabay.com
