Всё лето 2026 года воронежский предприниматель, глава Группы компаний Хамина Евгений Хамин методично, почти дневниково вёл в своём telegram-канале одну и ту же линию: город остро нуждается в полноценной системе общественного транспорта, и в первую очередь — в метробусе по маршруту от ВГУ до аэропорта. История получилась долгой, с театральными диалогами, архивными фотографиями и собственным словом-неологизмом, которое бизнесмен вбросил в оборот и с тех пор не выпускал из рук.
Май: разговор начинается с общих слов
Первый камень в фундамент будущей кампании застройщик заложил 28 мая. Тогда речь ещё шла не о конкретном проекте, а об общем принципе: бизнес, по мнению предпринимателя, должен требовательно и на равных разговаривать с региональной властью, а не довольствоваться ролью просителя. В том же посте девелопер впервые напомнил о суммах, которые его компания перечисляет в бюджет: по его словам, в 2025 году Группа компаний Хамина заплатила 1,4 млрд рублей налогов, в 2026-м должна выйти на 1,8 млрд, а в 2027-м — на 2,2 млрд. Эти цифры затем будут кочевать из поста в пост как своего рода аргумент: раз бизнес исправно наполняет казну, у него, считает предприниматель, есть моральное право требовательно спрашивать, на что расходуются бюджетные деньги.
Начало июня: рождается «метровтирание»
Уже 1 июня тональность стала предметнее. Глава ГК Хамина адресовал через журналиста издания «Площадь» серию уточняющих вопросов к мэрии: будет ли у метробуса физически выделенная полоса, кто ещё сможет по ней ездить, и — главное — что произойдёт с тысячами пассажиров на конечной остановке у Памятника Славы, если ветка не дотянется до аэропорта.
Ответа пришлось ждать недолго, но не от чиновников, а от самого автора вопросов: 3 июня, не получив, судя по всему, устраивающих его разъяснений, бизнесмен выпустил сразу два поста и предложил читателям новое слово — «метровтирание». Так, по его формулировке, стоило бы называть проект, если тот на практике окажется урезанной версией изначально заявленной единой ветки. В тех же публикациях появилось и первое прямое сопоставление: строящийся Центральный стадион стоимостью 25 млрд рублей — и метробус, который, по расчётам застройщика, обошёлся бы в разы дешевле.
Дальше линия разворачивалась почти без пауз. 5 июня предприниматель напомнил о прежних заявлениях руководства региона по транспортной теме, заметив, что подход, судя по всему, с тех пор изменился, — и мягко поинтересовался, что стало тому причиной. А 6 июня в ход пошёл архив: девелопер опубликовал фотографии тринадцатилетней давности, когда Александр Гусев, ещё будучи кандидатом в мэры, принимал от предпринимателя наказы избирателей — в том числе по развитию транспорта в северной части города.
9 июня: тема выходит за пределы канала
В этот день сюжет впервые вышел за рамки монолога. Бизнесмен рассказал о реакции, которую его настойчивость вызвала у части чиновников, и опубликовал собственную реконструкцию диалога — в форме, где от имени губернатора звучали слова поддержки и обещание отметить предпринимателя наградой к грядущему юбилею. Форма подачи оставалась авторской: официальных заявлений региональных ведомств по этому поводу не последовало ни тогда, ни позже.
После короткой паузы, 19 июня, господин Хамин поблагодарил подписчиков за отклик и изложил уже собственную философию взаимодействия: запрос горожанина, считает он, должен консолидироваться с интересами ответственного бизнеса и через него доходить до власти — а результатом становится, по его словам, более комфортная городская среда для всех.
Июль: расчёты, диалоги и предложение личного участия
Ближе к началу июля тон снова стал более деловым. 30 июня, выступая на стратегической сессии с участием Сбербанка, предприниматель представил конкретные цифры: по его расчётам, участок метробуса от Памятника Славы до аэропорта способен окупиться за счёт новых налоговых поступлений всего за полтора года, тогда как задержка реализации, наоборот, обернётся упущенными миллиардами.
2 июля появился очередной реконструированный (вымышленный) диалог — на этот раз с губернатором, где обсуждалась единая ветка без промежуточных этапов. Здесь же бизнесмен пошёл дальше слов: предложил лично, безвозмездно, по два дня в неделю по девять часов участвовать в рабочих группах по транспортной реформе, а вместе с собой — выделить троих руководителей из своей компании.
Дальнейшие июльские публикации то возвращались к теме напрямую, то касались её мимоходом. 8 июля, в личном обращении к детям, глава ГК Хамина вспомнил о предвыборных обещаниях по развитию метро в городе. 10 июля он выстроил метафору «обязательной» и «произвольной» программы: сначала транспортная реформа, затем — всё остальное, включая стадион. 11 июля, сразу в двух постах, всплыло упоминание более ранних обращений к спикеру Совета Федерации Валентине Матвиенко, а заодно — художественная параллель: картина из личной коллекции девелопера с ироничным названием, отсылающим к той же транспортной теме.
13 июля застройщик выступил с открытым обращением к губернатору, предложив финансировать стадион не за счёт бюджета, а за счёт складчины бизнеса, и здесь же впервые сообщил, что часть запланированных встреч с представителями администрации была отменена без объяснений — деталь, которую он сам подал как повод присмотреться к тому, что происходит «в кулуарах».
Наконец, 28 июля появился, пожалуй, самый развёрнутый пост за всё лето: Евгений Хамин указал, что концепция метробуса, разработанная по заказу правительства области профильным институтом РосдорНИИ (работа была оплачена из бюджета — 60 млн рублей), на этапе практической реализации, по его оценке, заметно разошлась с исходным техническим заданием.
Реакция власти: молчание — и неожиданные стихи
На протяжении всех этих недель конкретные вопросы предпринимателя — о выделенной полосе, о маршруте, о сроках, о судьбе пассажиров на конечной остановке — так и остались без официального ответа со стороны правительства области или мэрии. Ни глава области, ни мэр публично не ответили бизнесмену.
Зато 28 июля, в тот же день, что и итоговый пост о концепции РосдорНИИ, реакция всё же появилась — правда, не от чиновников, а в канале политолога Дмитрия Нечаева. Там был опубликован стихотворный текст, адресованный лично Евгению Хамину: в шутливо-ироничной форме, белым стихом, автор рассуждал о значении стадиона и других инфраструктурных проектов для региона, предлагая девелоперу иначе взглянуть на приоритеты городского развития. Прямых ответов на транспортные вопросы бизнесмена этот текст, впрочем, не содержал — как и все предыдущие месяцы, диалог по существу так и не состоялся.
Марина Сабурова, Алла Серебрякова,
фото: соцсети Евгения Хамина
