Пока жители сталинок выигрывают суды один за другим, люди из панельных кварталов восьмидесятых обнаруживают другое: напротив их адреса в программе до 2052 года — пустые клеточки. Тридцать лет тишины.
Воронежские власти перенесли сроки капитального ремонта многоэтажных домов на 10–30 лет. Горожане, живущие в сталинках и хрущёвках, пошли в суд — и добились успеха. За последний год 46 воронежцев выиграли дела и теперь ждут, когда Фонд капремонта придёт в их дома.
Но мы нашли другие многоэтажки. Панельки из 80-х. Например, девятиэтажка на улице 60-й Армии, 23. Построена в 1982 году. Десять подъездов, 347 квартир, 865 жителей. Когда здесь будет капремонт — мы искали на сайте Государственной жилищной инспекции, где почему-то размещена сама программа. Система не нашла адрес. Зашли на сайт Фонда капремонта — там есть паспорт дома, все трубы и перекрытия датированы 1982 годом, собираемость взносов 97%. Но даты ремонта нет. Чтобы её найти, нужно нанять опытного сыщика — и то не факт, что получится. А таких домов в городе — сотни.
Играли в классики, живем как есть
Обычный двор. За сорок лет здесь выросло не одно поколение — те, кто катался на этих качелях, сейчас сами приводят сюда детей. Старые шины вкопаны в землю и покрашены — клумбы на такой манер. Рядом новая горка, песочница. Апрельское утро, и во дворе уже шумно. Вокруг дома — высокие тополя и клёны, посаженные, судя по всему, одновременно со сдачей дома. За сорок лет они вымахали до уровня верхних этажей и летом превращают двор в тень — спасение от жары. Кустарники вдоль фасада тоже старые, разросшиеся. Идём смотреть дом.
Фасад держится из последних сил. Штукатурка отвалилась пластами — обнажился серый бетон, и теперь стена выглядит как карта неизвестного государства. Шов между секциями треснул по всей высоте — от первого этажа до девятого. Цоколь в пятнах сырости. Балконы — отдельная история. На одном этаже соседствуют деревянные рамы 1982 года и современный пластик. У одного балкона снесена вся конструкция — торчит арматура. Арка-проход насквозь: бетон крошится, трещина идёт от потолка до пола. Но потом замечаешь другое. На окнах — цветы. На балконах сушится бельё. Почти на каждом этаже — кондиционер, значит, люди вкладываются в своё жильё, обустраиваются, остаются. Здесь живут 865 человек. Наши люди. Мы выросли в таких домах. Крестики-нолики на асфальте, скакалочки, резинки, дворовый футбол. Школа — пять минут пешком. Это и есть настоящий город.
И вот мы начинаем искать. Когда же здесь будет капремонт?
Открываем поисковик, вбиваем: «программа капремонта 2023–2052». Первая ссылка — сайт Государственной жилищной инспекции. Странно, но именно здесь почему-то размещена программа, которую утвердило правительство области. Вводим адрес в поиск. Система думает. И выдаёт: «Сведения по указанному адресу отсутствуют. Проверьте корректность ввода адреса».
Проверяем. Вводим снова. Результат тот же.
Тогда скачиваем сам файл программы. Открываем. Мелкий шрифт, сотни строк, сотни домов — весь жилой фонд Воронежской области до 2052 года. Крутим.
Ищем улицу 60-й Армии. Ещё крутим. Ура — вот он, дом 23. Смотрим на графу «сроки капремонта». В колонке 2023–2025 значится одна строчка: ремонт или замена лифтового оборудования. Всё. Дальше — пустые клеточки до 2049 года. Фасад, крыша, трубы, фундамент, балконные плиты. Белые клеточки. Пустые.
Но мы не сдаёмся. Идём на сайт Фонда капремонта — вдруг там повезёт? Находим дом. Паспорт есть — подробный, обстоятельный. Девять этажей, десять подъездов, панельные стены, 347 квартир. И большая таблица конструктивных элементов. Подвальные помещения — 1982 год. Система отопления — 1982 год. Холодное водоснабжение — 1982 год. Горячее водоснабжение — 1982 год. Канализация — 1982 год. Крыша — 1982 год. Фасад — 1982 год. Лифты — 1982 год.
Год постройки дома стоит напротив каждой строчки. И ещё одна цифра — собираемость взносов: 97%. Жители платят исправно. На счету дома накоплено больше 23 миллионов рублей. Но когда будет ремонт — на сайте Фонда не написано. Этой графы просто нет.
Возвращаемся к фотографиям. На одном из снимков — деталь, которую легко не заметить. Вдоль фасада тянется жёлтая газовая труба. Рядом — цоколь в бурых потёках. Это не катастрофа. Пока. Мы проверили другие адреса. Лизюкова, 56 — пустые клеточки. Хользунова, 76, дом 1976 года — пустые клеточки. Разные районы, 1982, 1984, 1985, 1987 — одна история.
Таких домов в Воронеже — сотни. Северный микрорайон, Юго-Западный, Левобережный. Город активно строился в восьмидесятые, квартал за кварталом. Прошло сорок лет. Сроки капремонта перенесены постановлением № 1035. Но эти дома — невидимки. В программе напротив их адресов стоят пустые клеточки. Никто официально не говорит, когда придут рабочие.
А ведь должна быть карта. Интерактивная, понятная — зашёл, вбил адрес, увидел: твой дом в очереди на такой-то год, запланированы такие-то работы. Как это устроено во многих городах. Но в Воронеже сайт ГЖИ не находит адрес, сайт Фонда не показывает сроков, а файл программы нужно скачивать и листать вручную — сотни строк мелким шрифтом — боком.
Но все равно люди живут. На счету дома №23 по 60-й Армии лежат 23 миллиона рублей. Этих денег хватило бы частично на новый фасад. Но в программе капремонта они превратились в цифры, которые увидят, возможно, только дети тех, кто сегодня качается на старых качельках во дворе.
Алла Серебрякова, Андрей Окуневский
Что еще читать:
Капремонт воронежских многоэтажек перенесли на 20 лет. Жители пошли в суд — и выиграли 46 раз подряд
