Два с половиной миллиарда рублей, четыре года и мосты под снос

Петровскую набережную в Воронеже обещали сдать за два года. Идёт четвёртый. Подрядчики в судах, мосты демонтируют. Кто принимал решения — и кто за них отвечает.

На февральской пресс-конференции 2026 года мэр Воронежа Сергей Петрин объяснял происходящее на Петровской набережной так: «У нас не было ни одного случая, когда мы не исполняли свои обязательства. При всём при этом мы не можем найти компанию, которая качественно и в сроки сделает». За его спиной к тому моменту стояли три сменившихся подрядчика, дважды сорванные сроки и три только что построенных пешеходных моста, которые готовились к демонтажу.

Что обещали

История началась летом 2020 года, когда губернатору Александру Гусеву показали концепцию будущей набережной. На картинках была канатная дорога через реку, аквапарк, двадцать шесть исторических домиков с магазинами и гостиницами, колесо обозрения. Инвестором должна была выступить корпорация «АЕОН». Спустя полтора года, в конце 2021-го, губернатор объявил конкретные цифры. На реконструкцию набережной в областном бюджете заложили около 500 миллионов рублей на 2022 год и более 600 миллионов на 2023-й. Итого — порядка 1,1 миллиарда рублей. Срок — два года. «Уверен, что всё, что мы наметили, завершим», — написал Гусев.

В марте 2022 года, инспектируя стройку, он добавил: «Мне кажется, каждый житель России будет мечтать о такой набережной, как наша».

Что вышло

Первый контракт — «Воронежэнерго», структура федеральных «Россетей» — обошёлся почти в миллиард рублей. Это уже почти весь заявленный бюджет на первую очередь. Сроки перенесли, стоимость выросла, но работы в итоге приняли.

Второй контракт — кисловодская «Передвижная механизированная колонна № 38» — ещё 1,23 миллиарда. Сроки сорвали дважды. С октября 2025 года мэрия судится с компанией, требуя устранить недоделки по гарантии. Компания движется к банкротству и внесена в реестр недобросовестных поставщиков.

Третий контракт — московский «Стройсервис», 227 миллионов — должен был закрыть то, что не осилила ПМК. Из 35 навесов установлено два. Пергола не завершена. Сам «Стройсервис» подал иск на мэрию, требуя продлить сроки. Также внесён в реестр недобросовестных поставщиков.

Три пешеходных моста над водой, которые успели построить и сдать, предстоит, скорее всего, демонтировать. Воронежский государственный технический университет обследует конструкции. По результатам мэрия может предъявить претензии к проектировщику, к подрядчику или к обоим. Общий счёт: больше двух с половиной миллиардов рублей — более чем вдвое сверх заявленного бюджета. Четвёртый год вместо двух обещанных. Новый аукцион на оставшиеся работы ещё только готовится.

Три очереди одновременно

Темп, который задавался сверху, с самого начала не предполагал паузы между этапами. Уже в августе 2022 года, когда первая очередь ещё не была сдана, губернатор обсуждал инженерные сети для третьей. В июле 2023-го, пока вторая очередь срывала сроки, рассматривались заявки инвесторов на третью. Все три очереди существовали параллельно: одна достраивалась, другая шла на аукцион, третья искала инвесторов.

В таких условиях работало управление строительной политики — официальный заказчик всех трёх контрактов. Одновременно вести приёмку готовых объектов, предъявлять претензии по текущим и готовить документацию для следующих. Принять первую очередь по-настоящему, разобраться с недоделками и только потом запускать вторую — такой логики в хронологии решений не просматривается.

В августе 2023 года Александр Гусев написал в соцсетях, что «переносы сроков неприемлемы» — и в следующем абзаце сообщил о поиске инвесторов для третьей очереди. Проблемы фиксировались ровно настолько, чтобы их нельзя было назвать замолчанными, — и тут же уступали место новым планам.

Почему виноватых нет

Все участники этой истории указывают на следующего по цепочке. Проектировщик — на подрядчика: плохо строил. Подрядчик — на проектировщика: проект был неверный. Мэрия — на подрядчиков: не можем найти нормальных. Губернатор с момента появления проблем публично к теме не возвращался. Формально нарушителей много: ПМК в банкротстве, кто-то в реестре недобросовестных, «ПГС-Проект» под угрозой иска. Но человека, который отвечает за весь проект целиком — за решение вести три очереди одновременно, за темп, за качество приёмки, за то, что бюджет вырос вдвое, — в этом списке нет.

Иски, которые сейчас идут, — про деньги и гарантийные обязательства. Это важно, но это не про решения. Кто разрешил продолжать контракт с ПМК после первого срыва сроков. Кто подписывал акты приёмки работ, которые потом пришлось переделывать. Кто задал темп, при котором контроль не успевал за стройкой. Ответы на эти вопросы ни в одном из текущих исков не фигурируют.

Пока идут суды, мэрия готовит новый аукцион — на оставшиеся работы второй очереди. Какой он по счёту — зависит от того, как считать.

Марина Сабурова, фото: коллаж и govvrn.ru