Губернатор Александр Гусев встретился с хирургом-онкологом из московского института им. Герцена Русланом Мошуровым и предложил ему «рассмотреть возможность продолжения профессиональной деятельности в Воронежской области и участия в развитии регионального онкологического центра». А можно было иначе обсудить судьбу онкодиспансера? Провести открытый конкурс, пригласить экспертов, выслушать пациентов? Разберемся, почему выбрали именно такой формат и что за этим стоит.
Встреча в правительстве: официальная версия
16 января Александр Гусев провёл рабочую встречу с хирургом-онкологом, кандидатом медицинских наук, заведующим отделом МНИОИ им. П.А. Герцена Русланом Мошуровым. Официально обсуждали развитие онкологической службы Воронежской области: внедрение современных технологий, повышение доступности высокотехнологичной помощи, взаимодействие с федеральными медицинскими центрами. Отдельное внимание уделили работе Воронежского землячества в Москве, которое объединяет более 600 уроженцев региона. Руслан Мошуров курирует там направления здравоохранения и работы с молодёжью.
В завершение встречи губернатор предложил Руслану Мошурову рассмотреть возможность продолжения профессиональной деятельности в Воронежской области и участия в развитии регионального онкологического центра. Формулировка обтекаемая, но контекст считывается легко.
Кто такой Руслан Мошуров и зачем он губернатору
Руслан Мошуров — врач-онколог, хирург из института Герцена, старший научный сотрудник, специализируется на лечении рака кишечника и прямой кишки. Возглавляет Ассоциацию молодых онкологов России и комитеты по медицине и молодежи «Воронежского землячества» в Москве. В нем состоят 600 влиятельных выходцев из региона, работающих в федеральных министерствах, ведомствах и крупных госкорпорациях. Иметь на ключевой должности в онкодиспансере «своего» человека (если он будет назначен руководителем), который консолидирует воронежскую элиту в столице — серьезный ресурс для губернатора. Руслан может гораздо быстрее решать вопросы региона в Москве, лоббировать федеральные квоты и бюджеты.
К тому же онкология — одна из самых финансируемых отраслей медицины. Нацпроекты, закупка тяжелого оборудования, дорогостоящие препараты — все это требует контроля. Губернатору важно, чтобы в этой сфере не было «войны кланов» или прихода случайных варягов. Семья Мошуровых за 20 лет выстроила там систему, которая работает, поэтому передача поста от отца к сыну (который к тому же имеет федеральный статус) гарантирует, что здесь сохранится управляемость и не возникнет скандалов перед выборами 2026 года.
Есть и пиар-эффект. В регионах сейчас острый дефицит управленцев с федеральным опытом, и публичное возвращение 32-летнего кандидата наук, «звезды» из ведущего института страны обратно в провинцию — отличный кейс для главы региона. Его можно расценить как «возвращение талантов домой», а не просто как назначение «сына нужного человека».
Наконец, политический расчет. Иван Мошуров — председатель комитета по здравоохранению в областной Думе и весомый единоросс. Удовлетворяя амбиции такой фигуры (переход в ректоры плюс продвижение сына), губернатор «покупает» абсолютную лояльность Мошурова-старшего в парламенте.
Сделка о транзите власти
Мог ли губернатор «просто попросить» за Руслана Мошурова? Исключать этот фактор нельзя, потому что в региональной политике существует формат «договоренностей о транзите». Для губернатора такая договоренность (если она была) означает укрепление вертикали. Он получает контроль над кадрами (через Мошурова-ректора), контроль над бюджетом здравоохранения (через Мошурова-депутата), современные технологии и связи с Москвой (через Мошурова-сына). Цена вопроса — официальное признание Мошуровых «медицинской династией №1» в регионе.
Вопрос в другом: как на эту схему смотрят те, ради кого она создается?
Что думают пациенты онкоцентра
Жители региона оценивают работу онкоцентра неоднозначно. Мы изучили отзывы пациентов в Яндексе и ПроДокторов. Признавая мастерство хирургов, воронежцы жалуются на административный хаос: в отзывах указывают на «неприступную» регистратуру, потерю медкарт и очереди по 3–4 часа. Несмотря на современные корпуса, отдельные пациенты заявляют о дефиците лекарств на середине курса химиотерапии. Рейтинг учреждения в Яндексе и ПроДокторов — всего 3,4 балла, и это при том, что речь идет о главном онкоцентре региона.
Для Минздрава «звоночки» от воронежцев — повод задуматься о публичных рейтингах главврачей, основанных на реальном мнении людей, а не на кулуарных договоренностях. Впрочем, мнение пациентов в этой истории никто не спрашивал.
Почему не было открытого конкурса
Прежде чем предлагать пост новому руководителю, можно бы провести открытую оценку деятельности онкодиспансера за последние годы. Официальное признание проблем с очередями и регистратурой, на которые годами жалуются жители, стало бы отправной точкой для поиска нового лидера, а заодно показало бы, что власть действительно слышит людей. Дальше — обсуждение с экспертным сообществом. Вместо закрытых переговоров власти могли бы инициировать серию встреч с ведущими медицинскими управленцами и онкологами региона, чтобы сформировать четкие критерии к будущему руководителю: должен ли это быть узкий специалист по раку кишечника или кризис-менеджер, способный навести порядок в колл-центре и закупках лекарств.
Отсутствие открытого обсуждения других претендентов лишь усилило скепсис жителей. В миллионном городе и федеральных центрах наверняка есть и другие специалисты с опытом управления, и прозрачный отбор позволил бы любому кандидату (включая Руслана Мошурова) зайти на пост с кредитом доверия, доказав свое преимущество в честной конкуренции, а не по праву фамилии.
Так что этот случай становится показательным для всей кадровой политики воронежского Минздрава, потому что он демонстрирует: даже при привлечении специалиста с федеральным опытом кулуарность принятия решения бьет по репутации власти. Для других главврачей области это сигнал — лояльность и связи по-прежнему остаются главным критерием, в то время как мнение жителей и открытая оценка эффективности остаются за рамками процесса.
Выгода губернатора в этом союзе понятна: он получает управляемость и стабильность в «дорогой» отрасли. Но для жителей Воронежа рокировка «папа — сын» остается лишь сменой имен в закрытой системе, а станет ли Руслан Мошуров эффективным управленцем или просто продолжит курс отца — покажет только статистика очередей и наличие лекарств, а не протокольные встречи в правительстве.
Алла Серебрякова, фото: govvn.ru
