В конце XIX века Воронежем, по сути, управлял крупный бизнес. После городской реформы 1870 года власть оказалась в руках самых богатых и влиятельных горожан — купцов, которые решали всё: от строительства больниц до прокладки водопровода. «В курсе Воронеж» изучил научную статью воронежского историка Михаила Ермашова и выяснил, как была устроена политическая жизнь города 150 лет назад.
После реформы в Воронеже, как и в других городах империи, появилась городская Дума и управа — по сути, парламент и правительство. Но попасть туда могли не все. Избирательное право получали только мужчины-налогоплательщики старше 25 лет, владевшие недвижимостью. Женщины, даже богатые купчихи, могли участвовать в выборах только через своих представителей — мужей, отцов или братьев. Как пишет историк, это были люди, «наиболее заинтересованные в эффективном ведении городского хозяйства».
Всех избирателей делили на три разряда. В первый входили самые богатые купцы, которые платили в казну гигантские налоги. Во второй — горожане «средней руки». А в третий — вся остальная масса мелких торговцев, ремесленников и рабочих, владевших хоть какой-то недвижимостью. При этом каждый разряд избирал одинаковое количество «гласных» (депутатов), хотя по численности они были несопоставимы.
Выборы проходили с интригой. Голосование было тайным и проводилось с помощью шаров: белый шар — «за», чёрный — «против». Кандидаты, набравшие больше всего белых шаров, становились депутатами на четыре года. Затем уже из своего числа «гласные» избирали городского голову (мэра) и членов управы.
Чтобы подчеркнуть серьёзность своих намерений, избранные депутаты и мэр проходили особый ритуал. Как пишет Михаил Ермашов, они принимали присягу в Митрофановом монастыре. «Присягавшие давали клятву перед Святым Евангелием в верности его императорскому величеству, слушаться и подчиняться начальству, по совести исполнять свои обязанности, не злоупотреблять властью в личных интересах, хранить всякую доверенную руководством тайну и не нести никакого вреда государству», — говорится в исследовании.
Эпоха купеческого самоуправления оставила после себя значительное наследие, которое во многом сформировало облик Воронежа. Под руководством мэров-купцов в городе были реализованы знаковые проекты. Главным достижением Степана Кряжова стал первый городской водопровод, запущенный в 1869 году. Его последователи, Алексей Безруков и Николай Клочков, продолжили развивать городскую инфраструктуру: было открыто новое городское приходское училище имени А.С. Пушкина (1899 г.), завершено строительство большого здания для двух старых городских Александрийских училищ (1902 г.), заложена новая городская больница (1902 г.), построены здания Николаевской прогимназии и Александро-Мариинской глазной лечебницы. Кроме того, городские власти активно занимались реконструкцией уличного освещения и ремонтом мостовых.
Работа в городской администрации была неторопливой: начинали в 10 утра, а заканчивали уже в 2 часа дня. Городской голова получал солидное по тем временам жалованье — от 3000 до 5000 рублей в год. Впрочем, даже эту сумму купцы-депутаты считали чрезмерной. На заседании Думы в 1897 году большинство проголосовало против увеличения оклада мэру, посчитав, что и 3000 рублей — вполне достаточно.
Впрочем, купцы шли во власть не только за деньгами. Служба в Думе, как отмечает исследователь, «придавала авторитет в городском обществе, обеспечивала преимущество в ведении коммерческой деятельности, налаживании новых контактов». Фактически, участие в самоуправлении было для бизнесмена лучшей рекламой и способом укрепить свои позиции.
Изначально уровень образования многих депутатов был невысоким, некоторые, как пишет историк, были «малограмотны и даже не умели читать и писать». Однако со временем ситуация менялась, и в Думу стали приходить купцы с гимназическим и даже университетским образованием.
Большинство депутатов были православными, но закон позволял участвовать в выборах и представителям других конфессий. Так, в 1874 году среди кандидатов в городскую управу было два иудея, два лютеранина и один представитель армянской церкви. Правда, на пост городского головы они претендовать не могли.
Марина Сабурова, Алла Серебрякова
Степан Кряжов достоин установки ему памятника. Хотя ни его, ни изображения Истрия не сохранила.