В понедельник, 24 ноября, мэр Сергей Петрин высказался о работе ненадежного подрядчика в связи с провальными сроками благоустройства набережной Авиастроителей.
«У нас нет достаточного количества организаций, способных качественно и в сроки выполнять работы, — заявил глава города. — И проблемы эти не в нас, а в неспособности подрядных организаций. К сожалению, все ведем в ручном режиме. Здесь ровно та же ситуация. К сожалению, в ручном режиме, ежедневный контроль. Хотя бы завершить те работы, которые позволят полноценно и спокойно передвигаться по этой территории и пользоваться пространствам, то есть завершить мощение и лестницы, – рассказал мэр.
Посыл градоначальника предельно ясен: администрация свои функции выполнила, но рынок «пуст». Строить хорошо некому. Поэтому горожанам посоветовали не строить иллюзий: «Фантазировать о том, что в течение какого-то короткого времени это закончится — нет». Первая реакция на эти слова — понимание. Мы все живем в этом городе и видим: времена непростые, людей не хватает. И когда мэр говорит: «Проблемы не в нас», хочется кивнуть. Действительно, не он же сам эту плитку кладет. Но когда эмоции утихают, внутри начинает шевелиться червячок сомнения. Что-то в этой логике не сходится.
Давайте перенесем ситуацию в плоскость бизнеса. Представьте генерального директора крупной корпорации. Проект провален, убытки растут. Он выходит к акционерам и говорит: «Коллеги, прибыли нет. Но вы меня не ругайте. Это не моя вина. Просто поставщики на рынке плохие, других не нашлось».
Долго ли такой директор продержится в кресле? Скорее всего, его уволят после такого отчета. И здесь становится тревожно от слов главы города про «ручной режим», которые мэр произносит как некую данность. «К сожалению, все ведем в ручном режиме, ежедневный контроль», — говорит он. Это подается как вынужденная мера ответственности. Но давайте честно: в управлении миллионным городом «ручной режим» на рядовом объекте благоустройства — это не доблесть. Это красный флаг. Если мэру или его заму нужно лично приезжать и считать уложенную плитку, чтобы процесс шел — значит, огромная машина городской администрации пробуксовывает. И чтобы окончательно развеять миф о «плохом рынке», память подкидывает картинку из совсем недавнего прошлого.
Но городская администрация — не зритель в театре. Это структура, которая составляет техзадание и смету, проводит торги, контролирует каждый этап. Если на торги выходят только слабые компании — значит, условия контракта неинтересны сильным игрокам. Значит, репутация муниципалитета как партнера такова, что серьезный бизнес с качественной техникой и штатом обходит эти аукционы стороной.
Май 2020 года. Всего пять лет назад. Мэром был Вадим Кстенин. Ситуация в стране была куда нервознее: пандемия, локдауны, полная экономическая неизвестность. В Воронеже шла реконструкция моста через плотину — объекта стратегического, куда сложнее нынешней набережной. И вот факт: мост открыли досрочно. На четыре месяца раньше графика.
Или вспомнить компанию «Навастрой». Построила дублер проспекта Патриотов, сделала капремонт дороги на Острогожской. Владелец все время работал на местах, знал, каждую деталь. Это тоже было в пандемию. А где сейчас фирма? В этом году — никаких аукционов.
Власти тогда применили «комплексный подход», подрядчики работали в три смены. Никто не жаловался на «неспособность организаций» — их просто заставили работать так, как нужно городу. Этот случай не дает покоя. Город тот же. Законы те же. Кризис тогда был острее. Но результат — диаметрально противоположный.
Получается, дело не совсем в «неспособных организациях». Дело в чем-то другом. В той самой политической воле, в хозяйской жилке, в умении формировать эти обстоятельства под себя. Хочется, чтобы у мэра была цепкая, деловая хватка. Не просто размещать лоты на госзакупках и ждать у моря погоды, а вести переговоры, создавать «белые списки» проверенных компаний. Лично гарантировать своевременную оплату и отсутствие бюрократического абсурда, но взамен требовать железного качества. Привлекать иногородние успешные компании, если местные не тянут, создавать конкуренцию.
Потому что когда власть занимает позицию «мы все сделали правильно, это они виноваты» — становится страшно за остальные стройки. Рынок сам себя не исправит. Ему нужна твердая рука заказчика, который знает, чего хочет, и умеет этого добиваться. И очень хочется верить, что эта рука в Воронеже все-таки появится.
Алла Серебрякова,
фото: мэрия Воронежа
