Виктор Логвинов сменил кресло вице-премьера на депутатский мандат. Четырнадцать лет он курировал сельское хозяйство области, за это время регион стал аграрной супердержавой в миниатюре. Но обычные воронежцы этого почему-то не почувствовали. Формально все выглядит как почетное повышение: от исполнительной власти — к законодательной, от ответственного поста — к статусному. Но если вглядеться, это больше похоже на эвакуацию с поля боя, где главная битва — за качество жизни простого воронежца — оказалась проиграна.
Чтобы понять, как мы к этому пришли, нужно понять, кто такой Виктор Логвинов. Посмотрите на его трудовой путь — это хрестоматийная карьера «крепкого хозяйственника» и верного аппаратчика, прошедшего все ступени власти.
57-летний Логвинов — классический представитель современной региональной элиты. Родился в селе Воробьевка, в детстве видел настоящее сельское хозяйство. После армии в Севастополе окончил воронежский аграрный университет, стал агрономом.
В 90-е начинал секретарем комсомола в том же вузе, потом перешел в совхоз «Новоусманский» — заведовал сбытом и снабжением. Уже тогда понял: важно не только вырастить, но и продать. Дальше — типичная карьера областного чиновника. Контрольно-счетная палата, администрация области, налоговая, снова областная администрация. В 2001-м ушел в районы — стал первым замом главы Рамонского района по АПК, потом и.о. главы, затем главой.
В 2011 году губернатор Алексей Гордеев забрал его в областное правительство замом по сельскому хозяйству. С тех пор Логвинов не покидал этот пост — даже когда сменились губернаторы.
За почти десять лет цифры действительно впечатляют. Воронежская область входит в топ-3 по производству молока в стране, в топ-5 по яйцу. Десятки инвестпроектов на миллиарды рублей, современные животноводческие комплексы, заводы глубокой переработки. «Эконива» — крупнейший производитель молока в России и Европе. В федеральных рейтингах Воронежская область стабильно в лидерах. На всероссийских совещаниях есть чем отчитаться. В резюме Логвинова — сплошные достижения.
На бумаге и в телевизоре все было идеально. Воронежская область кормила страну. Логвинов на совещаниях выглядел победителем. Но есть одна проблема: жители области живут не в отчетах, а в реальности.
Реальность: проверка магазином у дома
А теперь зайдем в обычный сетевой супермаркет. Вечер. Что видит воронежец?
В столице Черноземья, где колосятся бесконечные поля пшеницы, купить свежий, «сегодняшний» хлеб — удача. Чаще всего на полках лежат батоны, испеченные вчера, а то и позавчера. Они крошатся, они безвкусные. Это не хлеб, это хлебопродукт.
Регион — лидер по производству сырого молока. А на полке? Два гиганта — «Вкуснотеево» и «Эконива». Выбор, по сути, иллюзия. Где продукция десятков других, более мелких хозяйств? Где местные фермерские сыры, йогурты, творог по доступной цене? Их либо нет, либо они ютятся на крохотных полках «фермерских уголков» с заоблачным ценником.
Вал есть, а есть нечего
И вот главный вопрос: как так получилось? Как человек, 10 лет отвечавший за АПК, добившись рекордных показателей «вала», допустил такой провал в качестве и ассортименте для своих же земляков?
Есть несколько версий. Самая простая и логичная. Система государственной власти в России выстроена вертикально. Губернаторы и вице-премьеры отчитываются перед Москвой. А что интересует Москву? Большие, красивые, измеримые цифры: тонны, надои, миллиарды инвестиций, выполнение доктрины продовольственной безопасности, экспорт.
В этой системе координат свежесть батона в воронежском сетевом магазине — даже не нулевой, а отрицательный приоритет. На совещаниях у федерального министра не спрашивают: «А как у вас там с ассортиментом кефира для пенсионеров?». Спрашивают: «Сколько тысяч тонн молока произвели? Сколько вложили в новый комплекс?». Логвинов, как исполнительный чиновник, давал то, что от него требовали. Он работал на систему, а не на конечного потребителя.
Вся аграрная политика последних лет была заточена на поддержку крупных агрохолдингов. Им — льготные кредиты, субсидии, земля, административная поддержка. С ними проще работать: один холдинг — это сразу +100 тысяч тонн к отчету.
А что нужно для свежего хлеба и разнообразной «молочки»? Десятки небольших пекарен и локальных молочных заводов. Но им сложно пробиться в федеральные торговые сети с их драконовскими условиями. Им трудно конкурировать с гигантами за сырье и господдержку. В итоге малый и средний перерабатывающий бизнес был либо поглощен, либо вытеснен на обочину. Агрохолдинги же ориентированы на большие объемы и долгие сроки хранения, а не на «утренний багет» для жителей соседнего квартала.
Возможно, все еще проще. За десять лет в высоком кресле, оперируя миллиардами и мегапроектами, чиновник просто теряет связь с землей. Проблема черствого хлеба кажется ему ничтожной на фоне запуска завода стоимостью 10 млрд рублей. Это классическая профдеформация: фокус смещается с человека на показатели. Он искренне мог считать, что делает благое дело, обеспечивая «продовольственную безопасность», и не замечать, что эта безопасность для его земляков оказалась безвкусной.
Теперь Виктор Логвинов — законодатель. Теоретически, у него есть инструменты, чтобы исправить собственные ошибки. Инициировать законы о поддержке малых производителей, создать механизмы для попадания их продукции на полки сетей, запустить региональные программы «свежий продукт».
Но захочет ли он? Или новое кресло — это лишь почетная пенсия, тихая гавань после десяти лет напряженной работы на «вал»?
Жители Воронежа не читают отчетов Минсельхоза. Они каждый день выносят свой приговор бывшему вице-премьеру у кассы супермаркета. И пока этот приговор звучит так: «Рекорды есть, а есть нечего». Для политика с почти 30-летним стажем госслужбы — это самый обидный итог.
Алла Серебрякова, Марина Сабурова,
фото: govvrn.ru
