Центр начал работу после полугодового ремонта, который проводился силами волонтеров при поддержке региональных властей. В помещении полностью обновили инфраструктуру — заменили коммуникации, отремонтировали стены и полы. Инфраструктура центра включает 4 жилые комнаты, благотворительный склад, зону для групповой психологической работы, гостиную, санузел и офис. Он может одновременно разместить до 20 человек и готов принимать первых подопечных с 1 июня. Ранее организация ежегодно оказывала более 100 юридических и психологических консультаций, помогала найти временное жилье примерно 30 женщинам с детьми. Проект осуществлен Воронежским отделением Российского детского фонда в рамках программы «Право голоса: Ты в безопасности» при грантовой поддержке АНО «Образ Будущего» по инициативе вице-спикера Госдумы Алексея Гордеева и при содействии губернатора Воронежской области Александра Гусева. Руководитель центра Александрия Горбунова отметила, что собственное безопасное пространство было давней мечтой организации.
Открытие кризисного центра «Право Голоса» в Воронеже — дело нужное. Торжественная церемония с участием высокопоставленных чиновников, обновленное помещение, вместимость 20 человек. Энтузиасты полгода работали над созданием безопасного пространства для семей в сложной ситуации. И это действительно важно.
Но давайте честно: один центр на весь регион — это решение точечное, а не системное. И главное — мы снова боремся с последствиями, а не предотвращаем причины.
Профессиональное приемное родительство: создать сеть, а не ждать героев
Пока мы отмечаем открытие очередного центра, в Воронежской области критически не хватает профессиональных приемных семей. Речь не о том, чтобы ждать героев-одиночек. Речь о создании целой сети подготовленных семей.
Представьте: в регионе работает сеть семей, каждая специализируется на определенной категории детей — подростки от 11 до 18 лет, дети с особенностями развития, сиблинги. Семьи получают достойную зарплату в 15-20 тысяч рублей плюс пособия на содержание каждого ребенка. А через 10-15 лет работы — квартиру в собственность.
Когда ребенок остается без попечения, опека не мечется в поисках семьи и не отправляет его в учреждение «на время». Есть готовая сеть профессионалов, которые могут взять ребенка сразу.
Вот реальный пример того, что происходит сейчас. Семья берет 11-летнего мальчика — четыре года в детском доме после того, как биологические родители пили, дрались, употребляли наркотики. Проходит год, второй…А поведение ребенка хуже любого уличного хулигана. Сломал все, что можно сломать в доме, выбросил все, что можно выбросить. Приемные родители в шоке, родственники недоумевают — такого никогда не видели. Врачи разводят руками, психологи опускают глаза.
Что делать? Многие возвращают ребенка в систему. Но если бы изначально такой сложный случай попал к профессиональным приемным родителям, многое было бы по-другому. Опытные родители понимали бы корни такого поведения, не принимали бы на свой счет каждый разбитый предмет, знали бы, как работать с травмой. Да, возможно, мальчика уже не изменить полностью — это его способ общения с миром. Но шансы помочь были бы значительно выше.
В Подмосковье подобные проекты уже работают. Это не благотворительность, это профессия. Как работа учителя или врача, только со своей спецификой.
Сегодня приемное родительство держится на энтузиастах и небольших сообществах. Есть замечательные семьи, которые находят в этом призвание. Но это отдельные случаи, а не система. Большинство детей остается в государственных учреждениях.
Семьи кризисного размещения: опыт, который стоит перенять
Пока в Воронеже открывают один центр на 20 мест, фонд «Арифметика добра» в Подмосковье развивает принципиально другой подход — семьи кризисного размещения. История Дмитрия показывает, как это работает. Он один воспитывает 9-летнюю Алену и 4-летнего Дениса. После смерти жены начал злоупотреблять алкоголем, но нашел силы пойти на лечение. Проблема — детей не с кем оставить.
Обычно в такой ситуации дети попадают в детский дом — и все, попробуй их оттуда забери. В некоторых учреждениях жизнь организована как праздник: спонсоры по пять раз в неделю, поездки, развлечения. Дети привыкают к такому режиму и потом не хотят уходить в обычную семью или требуют того же уровня.
Но фонд нашел семью кризисного размещения — это временное размещение, пока опека ищет постоянное решение. Три месяца дети провели в обычной семье, а не в учреждении. Психологи работали с их переживаниями. Когда Дмитрий закончил лечение, детей не пришлось «вытаскивать» из системы — они просто вернулись домой.
Семьи кризисного размещения — это мост между кризисом и решением, способ вообще не допустить попадания ребенка в учреждение.
От точечных решений к системе
Не стоит недооценивать значимость открывшегося центра. 20 мест — это 20 спасенных жизней. Но в масштабах региона это решение локальной проблемы. И снова мы работаем с последствиями, а не предотвращаем кризисы. Семьи попадают в беду не внезапно — часто это длительный процесс. И не все биологические родители готовы бороться за детей. Многим действительно безразлично. Именно поэтому нужна готовая сеть профессиональных приемных семей, которые могут забрать ребенка на воспитание немедленно, не дожидаясь, пока опека найдет кого-то подходящего.
А семьи кризисного размещения работают как временное решение — пока опека ищет постоянную профессиональную семью, ребенок живет в обычной семье, а не в учреждении. Это принципиально важно, потому что из некоторых детских домов детей потом очень сложно забрать. Жизнь там организована как постоянный праздник, ребенок привыкает к повышенному вниманию и развлечениям, а потом не хочет в обычную семью или требует того же уровня.
Когда ребенок не попадает в систему учреждений, он сохраняет представление о нормальной семейной жизни. Когда есть готовая сеть профессиональных семей, детей не приходится месяцами держать в учреждениях в ожидании решения.
Региональные власти предпочитают открывать центры — это заметно, можно организовать торжественные мероприятия. А создание сети профессиональных приемных семей требует долгосрочной системной работы, результат которой виден не сразу.
Марина Сабурова, Алла Серебрякова,
фото: https://vk.com/tsentrpravogolosa
