Профессор Воронежского государственного педагогического университета Дмитрий Ливенцев опубликовал научную статью «Хроника воронежских преступлений в начале XX вв.» в журнале «Берегиня. 777. Сова». Источник — еженедельный журнал «Вестник полиции», который Министерство внутренних дел Российской Империи издавало с 1907 по 1917 год. Там фиксировали самые громкие преступления страны. Воронежская губерния в хронику попадала регулярно. И читать это — одно удовольствие.
Корова в лаптях
Зимой 1905 года в слободе Пыховка Новохопёрского уезда участились кражи скота. Местный урядник докладывал начальству стандартную отписку: «За всеми принятыми мерами виновные и украденное не разысканы». Когда дело наконец сдвинулось, выяснилась поразительная деталь: похитив корову, воры через некоторое время… обували её в лапти. Чтобы замести следы. Метод сработал бы, не попадись братья Митасовы из села Троицкого на постоялом дворе в Новохопёрске — прямо с зарезанной коровой.
Но это была только часть истории. Накануне Рождества в той же слободе двое мошенников явились к зажиточному крестьянину якобы купить свиных туш. Остались на ночь, выпили с хозяином. Ночью один из них симулировал повешение, другой потребовал с перепуганного хозяина 50 рублей — дескать, надо отвезти «тело покойного» домой. Утром крестьянин обнаружил, что вдобавок пропала большая свиная туша. Мошенников так и не поймали. Зато долго смеялись: «Чуешь, Грицко, а ну расскажи, як же у тэбе свинья повесилась, да ещё за 50 карбованцев?»
Ограбление с электрическим фонарём
20 декабря 1907 года четверо вооружённых налётчиков проникли в квартиру воронежского домовладельца Ю.Я. Полякова. Двое держали хозяина в спальне под прицелом крупнокалиберных револьверов, двое — с длинными кинжалами. Четвёртый дежурил на кухне, где спала прислуга.
Грабители светили в лицо электрическим фонарём — по тем временам почти что шпионский гаджет — и вынесли около 1760 рублей наличными плюс ценные бумаги на 1020 рублей. Уходя, пригрозили убийством, если Поляков обратится в полицию. Жена пострадавшего слёзно попросила вернуть хотя бы обручальные кольца. Один из бандитов — к удивлению всех — согласился и под дулом револьвера заставил напарника отдать украшения обратно.
Раскрыть преступление помог случай: через неделю при задержании вора-рецидивиста Качинского у него нашли тот самый электрический фонарь и кинжал. Выяснилось, что организатором налёта был некий крестьянин Саликов, прикрывавшийся портняжной мастерской и занимавшийся скупкой краденого. Троих исполнителей знали только по кличкам: «Лёнька», «Васька Слон» и «Жид» — настоящих имён не знал никто.
Лига красного шнура
В начале 1908 года воронежская полиция накрыла подпольную организацию с романтичным названием «Лига красного шнура». Десять человек, преимущественно учащиеся. Организация имела собственный капитал: каждый член получал по 50 рублей и давал обязательство совершить «революционную экспроприацию» — то есть ограбление. Если ограбление не выходило в срок, руководство назначало новый объект.
При обыске нашли протоколы заседаний, список уже совершённых грабежей и — план преступлений на ближайшее будущее. А в квартире двух братьев на улице Логовой — настоящую бомбовую лабораторию: 8 снаряжённых бомб, 12 пустых оболочек, взрывчатые материалы, маски для грабителей и революционные издания. Четверых арестовали, остальные бесследно скрылись из города. Дело получило всероссийский резонанс: газета «Русское слово» писала о нём в марте 1908-го.
Бомба под губернатора
23 апреля 1908 года напротив Духовной семинарии на улице Большой Дворянской под карету воронежского губернатора Бибикова бросили бомбу. Карета ехала на молебен в Митрофановский монастырь.
Взрывом разнесло заднюю часть экипажа, вылетели стёкла в соседних зданиях. Губернатор отделался лёгким осколочным ранением левой ноги и ссадинами на лице. Его супруга получила ушиб. Кучер не пострадал вовсе. Больше всех пострадала сама женщина, бросившая бомбу. И лошади.
По случаю чудесного спасения в соборе отслужили благодарственный молебен.
Собака Бено против убийц
В октябре 1914 года в одной версте от села Ерышевки Павловского уезда нашли труп 67-летнего крестьянина Никиты Ногина с разбитой головой. На место преступления вызвали проводника Ермашева с полицейской собакой по кличке Бено.
Пёс обследовал место — нашёл кисет убитого — взял след и привёл прямо во двор крестьянина Григория Сухотерина. Тот сознался и назвал сообщников: четверо молодых жителей сёл, убийство ради 43 рублей. Успели потратить 18, остальные изъяли при обыске.
Как отмечал историк, это, вероятно, одно из первых уголовных расследований с участием профессионального кинолога на территории Воронежской губернии. К тому времени служебные собаки уже работали в полицейских управлениях десятков российских городов — от Петербурга до Владивостока.
Банда Грачёва
Апофеозом криминальной хроники стала банда, орудовавшая в Новохопёрском и Бобровском уездах в 1908–1909 годах. На её счету — вооружённые налёты на железнодорожную станцию, почтовое отделение, казённые винные лавки, убийство жандармского унтер-офицера и волостного старшины.
Самым дерзким стал налёт в июне 1909 года: вооружённая банда среди белого дня, на глазах у 300 человек, связала сторожей хутора, под угрозой смерти заставила служащих отдать 9500 рублей, забрала лошадей из конюшни и ускакала.
Губернатор бросил на дело лучшего сыщика — задонского исправника Новикова. Главаря по фамилии Грачёв задержали на станции Лиски. Дополнительные допросы привели ещё к 28 участникам и пособникам. Один из арестованных оказался разбойником Колесниковым — личностью со всероссийской известностью. Губернатор в приказе по полиции лично поблагодарил Новикова «за энергичную, умелую и неустрашимую деятельность».
Марина Сабурова
