Яндекс.Погода

В курсе Новости Воронежа и области

Новости со всего Воронежа

3 Июль, 2018

Дождливая сказка

Интернет-издание «В курсе» публикует в рубрике «Почитать» интересные рассказы, новеллы и миниатюры. Ранее они выходили на сайте www.proza.ru.

Дождливая сказка. Борис Берлин

 

— Я ужасно хочу с тобой проснуться…

— Ну, что же, это замечательное желание. Я бы и сам…

— Да нет, я не шучу, вовсе – не шучу.

— Да? Ну и как ты себе это представляешь?

…- Осень. Самое-самое начало. Домик в лесу. По утрам уже холодно и туман. Кусты черники у самого крыльца. Паутина на ветках. Под крыльцом живет барсук…

Воздух…он кажется хрустальным. Чуть двинулся и картинка – рассыпалась…
В спальне просторно и прохладно – широкая кровать и сбоку большое-большое зеркало в старинной раме.

В нем – едва наступившее утро.

Я открываю глаза, а на подушке, совсем близко – твое лицо.

Так я это вижу…

— Хм…Красиво. А, скажи, ты принесла то, что я просил?

— А?…Ах, да, конечно же, миленький мой, я же все записала в прошлый раз. Смена белья, клюква с сахаром, чай, как ты любишь, зеленый, крупный, с листьями…

— Спасибо, все правильно. В тумбочку засунь поглубже, ладно? А-то, Тома, не дай бог, увидит — расспросы начнутся…

…Ну вот, все сделала, не увидит она ничего. Ты сам-то расскажи — как ты тут? Что доктора говорят?

— Да все нормально. Ну, в смысле, как должно быть. Ничего такого…Слушай, ты это…Ты иди уже, а? У нас обход вот-вот начнется, а профессор очень не любит, когда в палатах посторонние.

— Так я же только пришла. Я ведь даже и не потрогала тебя совсем, не поцеловала даже…

— Вот и хорошо и – правильно. Мне лечащий врач так и сказал – не перевозбуждаться пока.

— Ну, прости меня, ладно? Я…понимаешь…я просто скучаю по тебе очень…
— Да я понимаю, понимаю, что я не человек что ли? Ты знаешь, ты в следующий раз пасту принеси зубную, ладно? Я, то ли свою куда-то задевал, то ли – украли…И что-нибудь – почитать, а то тоска здесь смертная. Ну, там, детективчик какой-нибудь, боевичок…Ты же ведь, кроме своей Франсуазы Саган и слышать ни о ком не хочешь…

— Все принесу, все сделаю, не беспокойся…Милый мой, красивый мой…

— Ну, ладно, ладно. Тогда – до понедельника, да? И лучше, если утром, как сегодня. Отпросись там на работе, что ли. Ну иди, иди…

Тоненькая блондинка с грустными глазами, молодая, гораздо моложе того, к кому пришла, наклоняется и быстро целует его в щеку. Поцелуй быстрый – почти мельком, но такой нежный и трогательный, что у меня даже дух захватывает. Она уходит и стук ее каблучков еще долго доносится до нас из коридора.

— Жена? – спрашиваю я и поднимаю вверх большой палец. – Симпатичная, красивая даже. А ты с ней строго, вольностей особых не допускаешь. С женами, с ними так и надо – чтобы любили крепче…

Он хмурит брови и смотрит на меня. Густые, черные с проседью волосы – перец с солью, глубоко посаженные тревожные глаза и марлевая повязка на всю грудь – операция на открытом сердце. Старая жизнь кончилась, новая – еще не началась…

— Что? А, нет, не жена…- вздыхает. – Светлана это, любовница…

— А-а-а…Счастливчик ты.

— Да, такой же, как и ты. Все мы тут – одинаково…А ведь еще две недели назад и не вспоминал о нем, стучит себе и стучит. И – ладно. И не думал о нем никогда…А она – он кивнул в сторону двери, — ну, Светлана, так и сказала однажды – ты, говорит, бессердечный, Володя, нет, говорит, у тебя сердца. Это, когда я на рыбалку на неделю уехал с мужиками, а ей ничего не сказал. А до этого, мы обязательно, хоть раз в день, перезванивались. В течение двух лет…
— А что, может и права была. Два года, это – знаешь…Мог бы и предупредить.
— Да мог бы, мог бы, только…Вот, понимаешь, она какая-то…как не от мира сего. Беззащитная. Вроде, любой ее обидеть может, а она – ничего. А таких, иногда, как назло, обидеть тянет – не замечал?

…Мы ведь с ней, со Светланой, за это время узнали друг друга, как облупленные. И она – меня и я – ее. Иные и за двадцать лет не успевают так, как мы за два года. Ну, с небольшим…Приросли мы и проросли друг в друга – хоть на части режь. И вот что странно, видишь ли, я с тех пор, как с ней – тоже стал меняться. И даже, оказывается, не замечал этого, пока вот — не прихватило…

— А какая связь? Я хочу сказать, между «меняться» и «прихватило»?

— А очень даже простая связь. Я из-за нее, понимаешь, душой размяк. Никогда раньше себе этого не позволял, а тут…Сам, вроде как, беззащитным стал и вот – он указал на повязку – пожалуйста. Раньше-то, все, как у всех было, вот, как у тебя, наверное – жена, дети, работа, рыбалка, опять же…Иногда, понятно, женщины попадались – как без этого. А тут…- он запнулся.

…- Будто сумасшествие накатило какое. Как мальчишка стал себя вести – звонков от нее ждал, писем, каждые пятнадцать минут почту проверял…Домой приходил – как в тумане. И что меня особенно распаляло, знал, с самого начала знал, чувствовал – моя женщина. И не просто – моя, а в полной моей власти. Понимаешь – не преувеличиваю ни на йоту – в полной. Детей у нее нет, разведенная, вся ее жизнь вокруг меня. Я ей и муж, и бог, и…- он махнул рукой.

— Ладно, чего там…А ты сам-то – чем занимаешься?

— Я-то? Я, в общем…писатель.

— Серьезно? Никогда не думал, что придется с писателем вот так – запросто. Вам, я так думаю, легче на свете живется.

— Почему же?

— Да, просто, если что не так, как хочется, не так, как нравится, можно свое напридумывать и все. Чего хочешь.

— Ага. Вот я и напридумывал…Так напридумывал, что сам в это поверил. А – результат? В одной палате лежим и по одной и той же причине…

— Что, тоже любовь за жабры взяла?

— А что же еще? Чем еще проймешь нашего брата…

— Верно говоришь. До седых волос дожили, а так пацанами и остались…- он глубоко вздохнул и поморщился.

— Слушай, а что – дома? С женой – как и вообще…

— А что – дома? По-разному. Тамара, жена моя, она ведь, тоже, не дура, глаза-то есть. Сцен, правда, она мне не устраивала, да и не говорила об этом. Умная баба оказалась – жена моя. Ну и я тоже старался не слишком…Чтобы в глаза не бросалось. Ночевать вот у нее, у Светки, не оставался ни разу. Всегда – только дома. А так, раз-два в неделю и – все. Так видишь, с другой стороны ударило, откуда и не ждал. Вот тебе и любовь…

…Ну, да – ничего, я теперь ученый. За одного битого, как говорится, двух небитых…Главное теперь, что заштопали меня, вроде, нормально. Оклемаюсь вот и все по-другому пойдет. По-другому, да…

На тумбочке звонит его телефон.

— Алло…Да, здравствуй, Томочка, здравствуй, милая…Да я – ничего, в самом деле, нормально и самочувствие, и вообще…Думаю, скоро выпишут. Скучаю я по тебе очень, очень скучаю…Есть все у меня, не надо ничего, слышишь? Ты вот сама приезжай, когда сможешь, только, когда сможешь – ладно? В выходной приезжай, после работы не надо, я же знаю, как ты устаешь…Вот в выходной – другое дело…Я, правда, ничего не хочу, ну, то есть, хочу, но…Ты удивишься…Нет, проснуться хочу – с тобой вместе, на одной подушке, понимаешь? С тобой – рядом – проснуться…Чего ты не поняла? Ладно и неважно, пусть…Ну, пока, скоро я тебя увижу, а ты – меня…Целую…

— Жена. – он глядит на меня и усмехается. – Удивил я ее сегодня…У нас ведь – как, особых нежностей и не было никогда. Я уж и не помню, в любви ей — признавался ли? Может, по молодости только, а так…Не в ходу у нас это слово. Жили и живем – как все. Привычка друг к другу, надежность, тоже ведь счастье, так? У других разве — иначе? У всех так, одной жизнью живем…Так нет, именно мне — под старость лет – счастье это. Жить мне теперь со штопанным-перештопанным сердцем, вот тебе и вся любовь. Это, когда молод еще, здоров, как бык, а – так…

Он вздохнул, осторожно поднялся с кровати, подошел к окну. Прижался лбом к холодному стеклу. Ранняя осень. Воздух звонкий, хрупкий, ломкий. Тронь – рассыплется.

— Ишь, чего придумала, — донеслось до меня еле слышно. – Хочу, говорит, с тобой проснуться. Глупость-то какая, Господи. Глупость и есть…

…Он стоял так, пока все за окном не начало расплываться и терять очертания, и сливаться с небом. Наверное, пошел дождь. Потому, что не может быть у человека – столько слез…Как вы думаете?




Рубрика: Почитать




Поделись материалом в соцсетях и мессенджерах:



      Читать еще