Жена суслика

Интернет-издание «В курсе» публикует в рубрике «Почитать» интересные рассказы, новеллы и миниатюры. Ранее они выходили на сайте www.proza.ru.

Жена суслика. Анна Прудская

 

«Скатерть — паперть, салфетки – нимфетки, ножи – чижи, вилки… Вилки?…» Накрывая на стол, Нина развлекалась своим любимым способом: подбирала рифмы. Скоро начнут сходиться гости. Будут, как всегда, Величаевы, Боровицкие, Петрощуки. Ну, и непарные: она сама да Тамара. И еще, дай Бог, Стелла… «Хоть бы пришла Стелла! Господи, сделай так, чтоб она пришла! Хотя бы ненадолго… Господи, пожалуйста…» — повторяла Нина, расставляя приборы и закуски. «Может быть, подстилки? Вилки – подстилки. Неважнецкая рифма, пошловатая, да какая разница!» Так, здесь сядут Величаевы, это их законные места. Из года в год, от праздника к празднику Надюшка и Слава располагаются в этих креслах. Надюшка — подруга детства, а друзей детства, как известно, не выбирают. У Надюшки со здоровьем неважно. Сейчас заведет любимую пластинку: киста, диабет, анализы. Какая тоска… Величаев, как всегда, будет молча кушать салаты и пить коньяк. «Салаты – халаты, коньяк – маньяк»… И – ни слова за целый вечер, только «привет» и «пока».

Так, а тут место Петрощуков, Валерки и Лиды. Новая буржуазия. Снобы. Валерка последнее время хорошо зарабатывает, мебель итальянскую продает. Занятый стал, деловой. Лида конным спортом увлеклась, по салонам ходит. Нина представила, как явится ухоженная и нарядная Лида, будет царственно восседать за столом, словно Жар-птица среди куриц. «Лида-обида». Почему обида? Потому, что Лидка в институте самая бестолковая была, едва с курса на курс переползала. Нина ей тогда из жалости помогала, так и подружились. Не было бы у Лидки мужа, не было бы и ни коней, и ни салонов. Как у самой Нины. Или вон у Тамарки…

«Тамарка — запарка». Эта вечно бежит, спешит, гонится куда-то, а куда и сама не понимает. Суетливая и без чувства юмора. В компанию не вписывается. А не пригласить ее на день рождения неудобно, все-таки соседка. «Соседка-беседка»… Как говорится, ближе всех. Соль там, сахар одолжить, цветы полить в случае чего, или, например, почтовый ящик проверить. Тамарка, если и откроет рот, то не слезет с темы своего сына. Какой он был в детстве, какой он сейчас, с кем дружит, как учится… Невероятно интересно… А ни о чем другом Тамара разговаривать не умеет.

Ладно, здесь — Боровицкие… Лучше бы вообще не приходили. Тоже еще, сладкая парочка… Ссорятся в последнее время круглосуточно, за столом между собой грызутся, никого не стесняются. К тому же Леонид выпить не дурак. А выпьет – старые и не смешные анекдоты мусолит. Такого и не остановишь, и не переслушаешь. Галка злая стала, раздражительная, наэлектризованная вся. Прямо как утюг: плюнешь – шипит. Галка Нине двоюродной тетей приходится, хотя и старше всего на два года. Жалко ее по-родственному, вот и приходится терпеть. Галка… Какую бы ей рифму подобрать? Палка? Обзывалка? Нахалка! Самое точное слово. Сейчас начнет поддевать Лиду, словно Моська – слона. А Нина между ними должна пожар тушить.

Странное дело: вроде бы и день рождения, а радости никакой. Гости еще не собрались, а она уже ждет, когда они уйдут. Получается, что тридцать восемь лет стукнуло, а близких людей, таких, с которыми хочется посидеть в удовольствие, и нету… Вернее, они были, но только раньше. Когда Надюшка на болезнях не зацикливалась, а Лидка снимала комнату и вязала мохеровые шапки за деньги. Леонид не пил, а Галка не хамила. Тамару она не знала, потому что жила на старой квартире…

Интересно, придет ли Стелла? Если придет, вечер, считай, спасен. Первый раз Нина ее увидела под Новый Год, на служебной вечеринке. Кто-то ее с собой привел, чтоб не скучно было. И точно, скучать не пришлось. Рыжая, коротко стриженная, слегка полноватая дамочка поначалу ничем не выделялась, а потом как заговорила… Да, давно Нина так не хохотала. Стелла все о суслике своем рассказывала. Это она так мужа называет. Весь народ тогда обрыдался прям-таки, до того смешно было… Бывают же такие люди! Артистка, одним словом. Артистка-приколистка…

Входной звонок возвестил о приходе гостей. «Как пить дать, Величаевы», — подумала Нина. И не ошиблась.
— Ты б предупредила, что лифт не работает, — хныкнула Надюша, — Я еле-еле доползла, чуть разрыв сердца не получила…
— Привет, Нинок, — сказал Слава и тут же окунулся в свое кресло.
— Это тебе, — Надюшка извлекла из сумки две пестрые коробочки, — Комплекс витаминов и минералов. Нормализует пищеварение, микрофлору кишечника, метаболизм.
Нина приняла подарок, дежурно расцеловалась с подругой. Надюшка снова полезла в сумку.
— Вот, хотела кое-что показать, пока никто не видит…
— Что это? – нахмурилась Нина на вид банки с оранжевой жидкостью
— Моча. Видишь, какая мутная? Славка, чурбан бесчувственный, говорит ничего страшного. А что он в этом понимает! Я вот боюсь. Давно заметила, что у меня поясница болит. Нин, а что, если это рак почек?
«Совсем крыша у Надюшки съехала,» — ужаснулась Нина. Когда почти десять лет назад сократили половину заводоуправления, Надюшка осталась не у дел. Кажется, в то время у нее и появилось это странное хобби – болезни. Подруга находила у себя тревожные симптомы, тщательно и многократно обследовалась. И, если хотя бы один из множества мнимых диагнозов подтверждался, ликовала в мазохистском триумфе.

Надюшка нехотя засунула банку с мочой обратно в сумку, а Нина пошла встречать очередных гостей. Еще дверь не открыла, а уже духами несет. Ясно, что Лидка со своим олигархом прибыла… Дорогой букет, снисходительность во взгляде и шуршащее нечто в золотой упаковке:
— Ой, я уже и забыла, что такое неработающий лифт. Здоровья тебе, Нинусик, — прошелестела Лида
— И спонсора крепкого, – добавил Валерка.

После Петрощуков заскочила Тамарка. Стала нервозно бегать из кухни в комнату, спрашивать, что помочь. А Стеллы все не было. «Неужели не придет?» – гадала Нина. После того новогоднего вечера Стелла стала нарасхват: ее приглашали на большие и малые застолья, пикники, торжества и так далее. Приглашение Нины, практически незнакомого ей человека, Стелла приняла без удивления и без особого восторга. Ничего не обещала, но сказала, что придет, если будет возможность.

Если будет возможность….

Звонок! Ну вот, Боровицкие… Явились – не запылились…
— Без нас не начинали? Эт хорошо! – голосом Папанова прохрипел розовый, словно из бани, Леонид.
— Ты уже сам с утра начал, – отозвалась Галка.
— Эх, Нинка, лучше б я на тебе женился. Видишь, какая у меня баба черноротая? Пока пешком по лестнице шли, всю дорогу меня пилила! А раньше такой не была…
— Ты тоже раньше с восходом солнца глаза не заливал!
— Потому и заливаю, что ты мне жизнь травишь!

Стали рассаживаться за столом. «Раньше начнем, раньше закончим», — тихо вздохнула Нина.
— А это для кого место? – забеспокоилась Тамарка.
— Да так… Будет, возможно, еще один гость – промямлила Нина. А в самом деле, кто для нее Стелла? Как объяснишь людям?
— Нашла себе, что ль, кого? – оживилась Галка
— Ладно, не липни к человеку. Давайте лучше выпьем! – перебил Леонид, — За хозяйку! За твои семнадцать лет! Уррра!

Леонид перекинул рюмку, смачно крякнул. Застучали вилки (подстилки?), ножи (чижи?), разошлись по тарелкам салаты (халаты?). Молчание нарушила Надюша:
— А мне вообще ничего нельзя из того, что на столе. Только гречневую кашу могу есть. Нин, у тебя есть гречка? Я сама себе сварю на кухне, если что…
— Ой, вспомнила! Мой сын, когда маленький был, говорил не «гречневая», а «гречвенная». Гречвенная каша! – хихикнула Тамарка. Но, похоже, ее реплика никого не рассмешила.
Моцартом залился Валеркин мобильник.
— Ну чего еще, блин? – строго спросил в малюсенькую трубку Петрощук, — Они че, не понимают, олени? Я ж сказал, предоплата. Нал, безнал? Ну ладно. Давай.

Надюшка ушла в кухню варить себе кашу. Слава ел сосредоточенно, Валерка рассеянно, Лида брезгливо, Галка яростно, Тамарка украдкой. Нина не ела вообще. Напробовалась, пока готовила. Леонид тоже не ел. Он разливал по рюмкам:
— Между первой и второй перерывчик небольшой! Как гаварат гырузыны, жыл на свэте адын нэжный бэлый жэншина…
Тост перебил Моцарт.
— Ну че опять? – рявкнул Валерка, — Ты где? А когда будешь? Я тебе позвоню. Не знаю. Попозже может. Ну не знаю. Скоро, скоро. Ну ладно. Давай.

«Валерка тяготится этим вечером еще больше, чем я», — догадалась Нина. Она живо представила, как Лида объясняет мужу, что надо бы проведать институтскую подругу. Мол, день рождения все-таки. Ей и самой идти в лом, но что поделаешь? Это ненадолго, хотя бы часик посидеть, для приличия.. А потом можно в какой-нибудь нормальный ночной клуб поехать…

Леонид нервно выпил, не договорив тост. Галка зыркнула на него полным ненависти взглядом и перекинулась на Лиду:
— Я думаю, чего это компотом так пахнет… Лидка, что ли, надушилась?
— Кому компот, а кому Дольчегабана… — вяло парировала Лида
«Ну вот, уже и перепалка начинается,» – подумала Нина, и не успела одернуть Галку, как позвонили в дверь…

***
— Нет, я люблю, когда мужчина большой, тяжелый. Чтоб ручищи такие – о-о-о! Чтоб кости хрустели, когда обнимает. Я вот представляю, как он меня давит, давит, а я прямо всмятку, всмятку, ух! Да… А мой – карликовый суслик: носик коротенький, ножка детская. Я его иногда на руки беру, чтоб в автобусе не задавили…
Стелла не просто рассказывала, а еще и жестами себе помогала. И голос меняла где надо: как будто не один человек говорит, а сразу несколько:

— Был у меня однажды такой, горилла гориллой. Как раз то, что мне надо: волосатый, здоровый! Ррррр! Я против него – дюймовочка. Ну, суслик о нас ни сном, ни духом. Я тогда как бы на вечерние бизнес-курсы записалась. Брошюру даже купила соответствующую, «Введение в бизнес» называется. Введением мы честно занимались!
Леонид перестал пить, Слава – есть. Надюшка отставила тарелку с гречневой кашей, Петрощук выключил Моцарта. Галка забыла о Лидиных духах, а Тамара о сыне.

— И, надо же, подарил мне этот Кинг-Конг кольцо. Не знаю, то ли он его стырил где, то ли силой у кого отобрал, но вещица дорогая. И даже размер мой, как ни странно. Вот, думаю, интересно, как же я суслику его покажу? Не скажешь ведь, что сама купила. Не поверит, расстроится… А тут как раз оказия подвернулась. У соседа юбилей, ну и пригласили нас с сусликом в ресторан. Я колечко с собой прихватила, под конец пошла в туалет, возвращаюсь, глаза включила, чтоб горели и показываю ему: смотри, что я нашла! Видать, какая-то подвыпившая ворона сняла, пока руки мыла…
Галка заливисто рассмеялась, как много лет назад, выбухнул хохотом Валерка, прыснула Лидка…

— Ладно, кольцо, а один такой близкий ухажер мне платье подарил. Платье уже в туалете не найдешь. Что делать? Я тогда взяла это платье домой и говорю: «Сю-ю-ю-юслик! Вот, знакомой из Парижа привезли, с недели высокой моды. Только ей в рукавах тесное, а на меня как раз! Может, ку-у-у-у-упим?» И что Вы думаете? Поворчал немного, но купил. Купил! Денег мне дал. Так что я и при платье, и при деньгах…
«Сколько ж у нее в запасе этих историй? – сквозь смех удивлялась Нина – Каждый раз что-то новое выдает…Надо же!»

— …встречалась я с одним грузином. Он меня мандаринами засыпал. Я ношу домой эти мандарины, ношу, и вслух возмущаюсь: да что ж такое! Блин, ну куда это годится! Партнер с нами не рассчитался, теперь долг товаром отдает! А суслик говорит, давай, мол, я эти мандарины на базар отнесу. Я, говорит, знаю, где грузины торгуют, договорюсь с ними, чтоб по дешевке сдать… Да, он у меня такой! Предприимчивый…
Слава хлопал себя по коленям, раскрасневшийся до алого оттенка Леонид ржал, откинувшись на спинку дивана, Надюша держалась за живот, а Тамара мелко тряслась, прикрывая рот рукой.

— А один интеллигент мне еще лисий воротник отвалил. Я теперь жду, пока бабушка умрет. Скажу, что в наследство оставила…

Стелла ушла так же внезапно, как и пришла. Взяла кусок торта «для суслика», быстро распрощалась и была такова.

— Какая пошлость! – вытирая уголки глаз салфеткой, сказала Лида, когда за Стеллой захлопнулась дверь.
— Сама ты пошлость, — не согласился с женой Петрощук, — Не, а чо? Прикольно, блин, а? Клара Новикова отдыхает!
— А чего ты ее вместе с этим сусликом не пригласила? – поинтересовалась Надюша.
— Там, видимо, суслик — гестаповский тип. Я так думаю, она только с виду такая игривая, а на самом деле его боится, — высказал предположение молчун Слава.
— Жаль, сын не слышал, вот бы посмеялся! – пискнула Тамара, — Хотела бы я на этого суслика посмотреть!
— Слушайте, да нет никакого суслика и в помине! Это ж просто эстрадный номер, вы что, не поняли? – сказала Галка.
— Я ж говорил, черноротая у меня жена! Завидуешь чужому счастью? – мгновенно вспыхнул Леонид.
— Совсем уже обалдел, алкаш пропитый? Счастью? Какому счастью?
— Такому и счастью. Когда человек веселый, это и есть счастье.
— Тоже мне счастье! Циркачка! Кавээнщица!
— Нет, блин, а чо. Мне понравилось. Нин, ты мне телефон ее дай, на всякий случай. Может, на банкет когда-нибудь позову…

Время шло, гости съели десерт (десерт-концерт) и все спорили, спорили…